Информационное агентство "Светич". Сайт о сельском хозяйстве. 16+

Илья Бондарев: «Моя задача – кормить людей»

Илья Бондарев: «Моя задача – кормить людей»
«УГМК-Агро» было создано в октябре 2001 года. Агрохолдинг объединил активы Уральской горно-металлургической компании в области сельского хозяйства и пищевой промышленности, чтобы выстроить полный цикл производства продуктов питания – от выращивания собственного сырья до получения готовой потребительской продукции. В настоящее время агрохолдинг явлется самостоятельной структурой и объединяет такие предприятия Свердловской области, как АО «Тепличное» (производство и упаковка зелени и овощей закрытого грунта), козья ферма с поголовьем альпийской породы, Агрофирма «Патруши»  – молочная ферма КРС, а также «Верхнепышминский молочный завод», который занимается переработкой молока. О том, какова на сегодняшний день ситуация в одной из крупнейших агрокомпаний Урала, – в интервью с генеральным директором «УГМК-Агро» Ильей Бондаревым.
 
– Илья Эдуардович, в настоящее время Вы руководите крупным агрохолдингом, который территориально является исключительно уральским…
– Свердловским.

– Сколько человек в нем работает и каков оборот?
– У нас в настоящее время работает более 800 человек, с вводом нового тепличного комбината у нас еще придет 243 работника. Дополнительно на огуречное отделение мы примем еще 90 человек. Таким образом, суммарно более 1000 сотрудников. 
Годовой оборот «УГМК-Агро» составляет более 2 млрд рублей. В принципе, мы успешное сельскохозяйственное предприятие.

– А сколько инвестиций вложено в производство?
– Если говорить по текущему году, то суммарные инвестиции у нас 5,3 млрд рублей – на тепличный комбинат. Мы построили в рамках молочного завода цех по переработке козьего молока в сыры – это 200 млн рублей. И чуть больше 500 млн рублей нам обошлась ферма на 1800 дойных коз со всем необходимым для их содержания и доения – инвестиции в сырьевую часть этого направления.

– Как удается успешно управлять таким разноплановым производством?
– Вся система управления у нас традиционна для агрохолдинга: есть управляющая компания, которая сосредоточила в себе основные функции, в рамках ее работает централизованная бухгалтерия, экономическая, юридическая служба, управление труда и занятости. Таким образом, на местах мы имеем производственные площадки, которые выполняют только функции производства продукции. А вот снабжение, сбыт – это берет на себя управляющая компания, что оптимизирует все процессы, удешевляет готовую продукцию, позволяет регулировать численность работающих.

– Как считаете, какое место занимает Агрохолдинг «УГМК-Агро» среди крупных российских, уральских агрохолдингов?
– У нас нет такой статистики, мы за рейтингами и местами не гонимся. Главная наша цель – быть успешной, экономически эффективной компанией.

– А насколько крупные предприятия АПК нуждается в господдержке?
– Вы не найдете ни одной страны в мире, где бы аграрному производству не оказывалась поддержка. За счет нее регулируются направления развития сельского хозяйства и находятся инвесторы. Потому что – это не благотворительность со стороны государства, а создание инвестиционной привлекательности данной отрасли. Я довольно долго проработал в разном качестве в сельском хозяйстве и ни разу очереди из инвесторов не видел, знаете, кто бы хотел прийти и начать обрабатывать землю, выращивать животных, получать продукцию. Как правило, вкладывают в производство те, кто уже работает на земле и расширяет свой бизнес. И заходить в него сложно, а без государственной поддержки – невозможно, именно за счет нее сокращаются сроки окупаемости проекта. Поэтому господдержка нужна всем, без разницы, какое предприятие производит продукцию – агрохолдинг или фермерское хозяйство. В обоих случаях есть себестоимость, и в обоих случаях государство берет на себя часть затрат и делает в конечном итоге эту продукцию доступнее для потребителя.

– Как считаете, должна у агрохолдинга быть социальная ответственность?
– Если есть сельскохозяйственное предприятие на территории, то, так или иначе, оно участвует в жизни села. Оно владеет определенными ресурсами, и конечно, не может не помогать местной администрации в решении тех задач, которые стоят, будь то помощь в расчистке дороги или постройке горки и т.д. Все равно обращаются к нам.

– Какова специфика работы у агрохолдинга за Уралом, на Ваш взгляд?
– Вне зависимости от того, где мы находимся, мы должны работать согласно тем федеральным трендам, которые задает государство, чтобы получать поддержку и обеспечивать ту продукцию, которая на сегодняшний день нужна. Сейчас можно отметить четыре таких федеральных тренда: животноводство, в частности, производство молока; растениеводство, с приоритетом – закрытый грунт; это – селекционно-генетические центры и логистические центры для оптово-распределительной работы с сельскохозяйственной продукцией.
Мы изначально приняли для себя два направления, в рамках которых работаем, и выходить за них не планируем. Это овощи закрытого грунта, потому что это – управляемый бизнес который не зависит от внешних погодных условий – осадков, солнца, температуры и времени года. Эта технология позволяет прогнозируемо получать продукцию, поставлять ее на прилавки. И молочное животноводство, которое является основой основ, а получаемая продукция – молоко – вообще венец всей сельскохозяйственной пирамиды. Если есть молоко, значит, есть обрабатываемые земли, занятость людей, а сам продукт вообще незаменим для взрослых и детей. При этом, мы не только двигаемся в этом направлении, но и диверсифицируемся, занимаясь производством и переработкой не только коровьего, но и козьего молока.
В целом, я считаю, это именно те направления, которые в нашей природно-климатической зоне рискованного земледелия мы можем развивать и выгодно ими заниматься. Понятно, что мы не можем выращивать здесь виноград, яблоки, киви… Поэтому, чем можем, тем и занимаемся. Даже продовольственным зерном у нас заниматься не перспективно, нет столько подходящих земель и таких погодных условий, поэтому, мы, в основном, выращиваем фуражное зерно, которое идет на корм нашему поголовью скота. Так мы используем те направления, в которых можем быть успешными.

– И так как не выращиваете зерно, Вас не касается проблема с его реализацией из-за низких цен?
– Как раз касается, только наоборот, мы в этой ситуации покупаем комбикорм дешевле. Хотя у нас есть свой зерновой клин, и свое производство значительно удешевляет корма.

– Известные крупные агрохолдинги Уральского федерального округа заняли свои ниши в зерновой и крупяной промышленности, свиноводстве, птицеводстве… Вами выбраны другие направления производства, чтобы с ними не конкурировать?
– Мы, в первую очередь, занимаемся тем, что умеем делать лучше всего. Это очень важно. Кроме того, важным является продовольственный баланс. На сегодняшний день Свердловская область полностью обеспечивает себя по картофелю и яйцу. Во всем остальном у нас есть большие резервы для того, чтобы развивать сельскохозяйственное производство. Это не значит, что у нас пустые полки и этих товаров нет в магазинах. Это значит, что за счет логистики и современного производства мы можем иметь конкурентное преимущество и можем это здесь развивать.
Традиционно Свердловская область – молочная. И мы всегда занимались молоком, но его все равно производим недостаточно, если брать продовольственный баланс. Поэтому мы продолжаем традиции Свердловской области, и, используя свои навыки, умения и опыт, развиваем это направление, и будем это продолжать.

– Ваше тепличное хозяйство уже вышло на полную мощность?
– Мы закончили работу по первой очереди. Она составила 17,64 гектара, и мы там будем заниматься томатом. В планах получать около 10 тысяч тонн томата в год, там локализованы два рассадных отделения по 1,2 гектара каждое. И еще 3,5 гектара занимают зеленные культуры, с которых планируется получать до 45 тысяч кустов в день, и будем производить миксовые салаты. Общий запланированный объем зеленных культур по году – 1200 тонн. Это, я считаю, очень большой вклад в продовольственную безопасность, потому что у нас хорошей зелени недостаточно. Мы стараемся это компенсировать.
Будем производить как традиционную зелень в горшочке, так и пряные травы, и салат под срезку, который мы будем сразу нарезать, паковать, чтобы он свежий и готовый попадал на прилавки. Это большой проект, «весит» 5,3 млрд рублей. Он субсидируется государством, мы подали документы в Минсельхоз России. Кстати, в ноябре у нас был с рабочим визитом директор департамента растениеводства этого министерства Чекмарев Петр Александрович, он высоко оценил наше тепличное хозяйство. Мы построили пятое поколение теплиц для получения повышенной урожайности, в настоящее время это самое современное, что может быть. Так, по огурцу, мы будем получать не 42, а 147 кг с квадратного метра, а по томатам 92 – против прежних 47 кг. Думаю, что с совершенствованием технологии мы можем выращивать еще более высокие урожаи, и быть еще более экономически эффективными.

– А реализация планируется по всей России?
– Нам, как в случае с овощами, так и с сырами и молоком, в первую очередь, нужен местный, «домашний» рынок. Потому что, во-первых, мы стараемся для Свердловской области. Наша продукция известна здесь под маркой «Мистер Грин». Но, когда объем возрастет с 5,5 тысяч тонн до 26 тысяч тонн, т.е., более, чем в пять раз, необходимо будет расширять рынок сбыта. Будем торговать, в основном, в сторону Сибири. Там уже есть к нам интерес, намечаются предварительные покупатели. Но пока главное, на что мы ориентируемся – это наш домашний регион.

– Илья Эдуардович, при строительстве и оснащении тепличного комплекса использовали все импортное?
– Нет, конечно. Мы сотрудничали с российско-голландской компанией. У нас 43% всего российского и только остальное – зарубежного производства. Важно, что все технологии, технологические решения, программное обеспечение – это все российские разработки.

– И как, не уступают зарубежным?
– Надеюсь, что в процессе эксплуатации все будет нормально. Сейчас рано делать выводы. Пока только первый урожай огурца сняли. Но то, что сервис и люди, которые это все настраивают, могут приехать, провести плановые или текущие ремонты, обучение, находятся здесь, а не за границей, это уже хорошо. Дальше – посмотрим.

– Какая технология используется в Ваших теплицах?
– Она называется Ультра Клима и позволяет не только повышать, но и понижать температуру в теплицах. У нас резко континентальный климат, может быть и плюс 35, и минус 35. И в этих условиях мы должны создавать оптимальные условия для растения, чтобы получить от него максимальную отдачу, чтобы оно свой генетический потенциал раскрыло. Еще в наших теплицах применено много специальных технологических решений. Например, доводится непосредственно до растений газовая смесь, чтобы они получали нужный им уровень углекислого газа. Для этого сразу под растениями, под каждой грядкой устроены рукава почти метр в диаметре, через перфорацию которых доставляется воздух необходимой температуры и содержания. В наших теплицах нет форточек, нет контакта с внешним миром, поэтому растения защищены от вредителей. За счет этого же на 15% больше светопроницаемость. Лампы и их энергию мы используем так, чтобы происходила рекуперация тепла. В целом, рассчитана экономия энергоресурсов до 30%.

– Как выбирали подходящий вариант технологии и оборудования?
– Мы изучали мировой опыт. Неоднократно были за рубежом, подбирали то, что подойдет нам по климату и условиям. И сейчас основная задача, чтобы эти теплицы окупились, а мы могли обеспечивать свои обязательства перед Газпромбанком, который нас прокредитовал, и чтобы та часть денег, которая была вложена собственником, ему вернулась.

– А сколько лет будет окупаться этот тепличный проект?
– Зависит от государственной поддержки. Если она не поменяется, то за шесть лет мы окупим инвестиции.

– Производство овощей будет круглогодичным?
– Да, для этого наши теплицы оборудованы достветкой, рассчитаны на круглогодичное использование производственных мощностей и получение продукции. Кроме того, технология «Интерплантинг» позволит без остановки заменять одни растения другими и получать урожай круглый год.

– Эта зима – уже «рабочая»?
– Да, у нас есть уже огурцы. Мы их снимаем по 20 тонн ежедневно. И дальше будем только увеличивать объемы. У нас теплицы разделены на четыре зоны, и мы можем выращивать четыре разных гибрида. То, что сюда не привезут, например, из-за границы. Поэтому подбираем те сорта, в которых мы уверены.

– Сорта и семена российские?
– Нет, пока это не так. Огурец, который опыляется пчелами, российский, а остальное – импортное.

– А в перспективе перейдете на отечественные семена?
– Ответ очень простой – нам нужно качество и выход продукции с квадратного метра. Как только российские гибриды это обеспечат, сразу же перейдем на них. Когда это будет, я не знаю, не моя это задача – заниматься новыми сортами, моя задача – кормить людей.

– Козоводство – одно из новых, и, наверно, перспективных направлений работы «УГМК-Агро»? Насколько мне известно, планируется производство и переработка молока, и племенная работа?
– Мы построили ферму на 1800 дойных коз альпийской породы, привезли их 950 голов, включая козлов. Поэтому примерно год-полтора мы будем еще заниматься тем, чтобы доукомплектовать свое поголовье за счет своего воспроизводства. Потом у нас будет работа, связанная с селекцией по надою внутри стада. Это тоже займет определенное время. Поэтому, если мы начнем реализацию племенных животных за пределы своей фермы, то это будет не раньше, чем через пару лет.

– Племенной молодняк в свое время в продажу пойдет?
– Да, для этого сначала мы планируем получить племстатус, а затем обязательно будем этим заниматься.

– А почему выбрана эта порода?
– Задача была – привезти животных, которые дадут молоко, максимально пригодное для изготовления сыров. И в этом плане альпийской породе коз нет равных. Поэтому мы выбрали эту породу, и пока довольны тем, как все складывается. Далее будет работа по искусственному осеменению, освоим эмбриональные пересадки, еще много планов есть. Но основная задача – чтобы мы получили средний надой на ферме 4–4,5 литра на голову. Сейчас мы три литра получаем на первом окоте. И во многом совершенствуемся. Например, поняли, что тезис о том, что коза – это маленькая корова – не работает. Это совсем другое животное, у него абсолютно другие требования. К сожалению, в настоящее время мало кто работает с этими животными, и специалистов в России практически нет. Поэтому, мы приглашали и будем приглашать зарубежных коллег. Мы аккумулируем в себе этот опыт, и потом, когда придет время к реализации нашего племенного поголовья, сможем в полной мере оказать помощь тем людям, которые отважатся вслед за нами заняться этим видом животноводства.

– Вместе с производством козьего молока осваиваете и его переработку?
– Мы начали с сырья, но изначально определили, что все молоко, которое мы будем получать, должны перерабатывать сами. В перспективе мы планируем надаивать до 7 тонн молока в суточном производстве. Из них 5-5,5 тонн будет перерабатываться в сыры, а остальное – продаваться в бутылках.

– Ваша продукция уже есть на прилавках магазинов?
– И молоко, и сыры уже есть в продаже под маркой «COEUR du Nord» («Кёр дю Норд»). Мы заключили договора с практически всеми торговыми сетями. Вышли с предложениями в Челябинск, уже прошли первые поставки в Тюмень, Сочи, Москву. Я думаю, что география поставок будет расширяться.

– Сколько уже есть наименований продукции?
– Во-первых, само молоко. Это очень полезный и качественный продукт. По сути, оно просто пастеризованное. Мы его не нормализуем, не гомогенизируем. Выпускаем сыр Шевре, Валансе, Бюш де шевр двух видов – с пеплом и без пепла, Камамбер козий и коровий. Пока не планируем увеличивать количество наименований. Наша задача – с этим ассортиментом делать продукцию высокого качества, которая бы понравилась нашему потребителю. На самом деле, мы еще в начале пути, только в сентябре этого года мы открыли большое производство. Сейчас мы работаем на 30% своей мощности. И в следующий год будем увеличивать объемы производства.

– А рецепты сыров? Они тоже привезены из Франции, как и сами козы?
– Да, безусловно. Мы привезли французских коз и вместе с ними надеемся привнести что-то новое в российскую культуру потребления сыров. Для этого мы привезли и французского технолога, который передал нам опыт производства французских сыров. Я уверен, что к нам в свое время тоже будут приезжать учиться. На сегодняшний день наши сыры, как говорят знающие люди, являются абсолютно аутентичными тем, что производят во Франции. Этот продукт никогда к нам не приедет из Европы, у него небольшой срок хранения. Поэтому важно развить домашний рынок, ввести козьи сыры в ежедневное потребление. Для этого мы проводим постоянную большую работу с торговыми сетями.

– А сеть своих фирменных магазинов не развиваете?
– У нас есть нестационарные объекты торговли, их больше 50. Мы сделали ребрендинг и ведем с них торговлю. Это мобильные киоски не только в Екатеринбурге, но и по области. Не везде мы будем продавать свой товар, так как он, скорее всего, не везде найдет своего покупателя. Но где мы видим возможную продажу, там пробуем.

– Расскажите, как работает «Верхнепышминский молочный завод»?
– Сегодня он перерабатывает от 80 до 100 тонн сырья в день. И производит молочную продукцию под маркой «Здорово», в том числе, из своего сырья.
У нас на сегодня в Агрофирме «Патруши» 1400 дойных коров, мы получаем оттуда 9 тонн молока на одну фуражную корову. Это хороший среднеевропейский показатель. Поэтому собственным сырьем примерно на 40% обеспечены, а остальное закупаем. В наших планах развивать собственную сырьевую базу, т.к. она очень важна для предприятия. Можно поставить сколько угодно фильтров и прочего, но проще всего качество сырья улучшать через собственное производство.

– Ваше производство в «Патрушах» – молочная ферма в лучших традициях Свердловской области?
– Можно сказать, это так. Она организована на базе племсовхоза «Свердловский», которому около 90 лет. «Патруши» – современная молочная ферма, работает около 10 лет, оснащена высокотехнологичным оборудованием, там беспривязное содержание, доильное оборудование самое современное, технология отработана.

– Значит, уже нет никаких сложностей?
– Основное – цена молока-сырья. Чтобы вести расширенное производство, нам нужна хотя-бы 20% рентабельность, а ее сейчас нет. И тут мы, как и все сельхозтоваропроизводители – в самом низу «пирамиды». А выше – переработка, торговые сети. Это сложно, потому что цена не растет, а затраты растут. С этим все сталкиваются. Но губернатор Свердловской области понимает это и уже через министерство АПК области озвучено, что будет увеличена компенсация на 10% на молоко-сырье. Это, в том числе, и заслуга «Союза животноводов Урала», который ведет активную работу.

– Илья Эдуардович, ферма сдает молоко на завод, который принадлежит тому же собственнику, и при этом, цена на молоко для нее такая же, как для остальных?
– Да, различий практически нет. Не может завод купить дороже даже у своей фермы, у него тоже себестоимость рассчитана. Мы просто выигрываем по качеству, которое гарантирует своя ферма. И занимаемся стратегическими направлениями сельскохозяйственного производства, которые выбрали, их и будем развивать.

– Спасибо за беседу!

Информационное агентство «Светич»
Журнал «Нивы России» №11 (155), декабрь 2017
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Яндекс Директ