Информационное агентство "Светич". Сайт о сельском хозяйстве. 16+

Промышленники должны ориентироваться на аграриев и экспорт

Промышленники должны ориентироваться  на аграриев и экспорт
С успешным вхождением в Программу 1432 и использованием других мер господдержки отечественное сельхозмашиностроение уверенно вырывается вперед. Помимо господдержки важную роль в этом, безусловно, играет кадровая политика предприятий и их внимание к НИОКР и запросам аграриев. Пример успешного совмещения всего вышеперечисленного на пути к верхним позициям мирового рынка демонстрирует Омский экспериментальный завод. Предприятие разрабатывает и производит уникальную технику, которая пользуется спросом не только в России, но и за рубежом. О том, как удается этого достичь, какие механизмы приходится использовать, чтобы не стоять на месте, а также о перспективах российской сельхозпромышленности и ее болевых точках редакция федерального аграрного журнала «Нивы России» (АгроМедиаХолдинг «Светич») беседует с директором Омского экспериментального завода Дмитрием Головановым.

– Дмитрий Александрович, какую роль Омский экспериментальный завод играет в развитии сельхозмашиностроения и аграрной сферы Омской области и России в целом? Как взаимодействует с сельхозтоваропроизводителями?
– В большей степени мы ощущаем себя как часть федерального, а не регионального сельхозмашиностроения, потому что на сегодняшний день работаем более чем с 60 регионами РФ и странами ближнего зарубежья. Но поскольку мы находимся в Омской области, то, конечно, связаны с местными аграриями. Они пользуются нашей продукцией, от них мы получаем обратную связь – идеи по новым разработкам, замечания и предложения по машинам. Все это учитываем и применяем в дальнейшем. Уже действует выверенная система: мы разрабатываем машину, изготавливаем опытный образец и передаем его в хозяйство нашего партнера, где и проводим производственные испытания. Соответственно, к процессу подключаются главные специалисты хозяйства, машина работает под их наблюдением, а после они озвучивают свои предложения и замечания. Мы вносим изменения в конструкцию и потом передаем ее на машинно-испытательную станцию, где проводится независимая оценка орудия. Только после этого изготавливаем опытную партию, доводим ее до нужного уровня и запускаем в производство. Аграрии Омской области нам в этом больше всего помогают, хотя сегодня мы выходим и на другие регионы, плотно взаимодействуем с Алтайским краем, Новосибирской областью, Оренбургом, Тюменью – они тоже предоставляют нам базу для испытаний. Со многими хозяйствами у нас долгосрочные партнерские отношения. 

Если говорить о влиянии именно на развитие машиностроения в России, то, поскольку мы предприятие небольшое, особого влияния, наверное, не имеем. Но в целом на аграрную сферу – да. Мы единственные в стране делаем технику и оборудование для селекции и семеноводства, пытаемся облегчить достаточно нелегкий труд ученых. И это дает определенный положительный эффект в развитии селекции и семеноводства, а хорошие семена положительно влияют на урожайность и, в последствии, на экономику предприятий. 

Директор Омского экспериментального завода Дмитрий Головановым.
Директор Омского экспериментального завода – Дмитрий Голованов

– Вы сказали, что Омский экспериментальный завод – единственный в России разработал и запустил в производство линейку техники и оборудования для институтов и селекционных центров. В чем ее спе-цифика? 
– Это малогабаритное оборудование. Селекционеры, как вы знаете, работают на небольших делянках шириной буквально 90 сантиметров и длиной от 2 до 30 метров. Условно говоря, это как грядки на даче, только их не три или пять, а целые плантации: один селекционный центр может высевать до 10 тысяч таких делянок. Это, во-первых, большой объем. Во-вторых, каждая делянка – отдельный сорт, отдельная культура, которой нужно уделить особое внимание. Это многолетний труд ученого, который окажется напрасным, если в процессе что-то пойдет не так. Поэтому нужны сеялки с точным посевом. 

Наши селекционные сеялки могут распределять семена в рядке с точностью до миллиметра. Мы проводили опыты на культуре рапса – он очень мелкий, зернышки по 2 мм в диаметре, и мы их раскладывали с частотой около 5 мм в рядке. Отклонение было буквально 1 мм, а по весу – до 5 грамм. В этом и заключается специфика данного направления производства. Оборудование, которое применяется для селекционных работ, должно обеспечивать точность. А перед посевом надо выполнить качественную подготовку почвы, чтобы сеялка шла по идеально ровной поверхности. Наши малогабаритные дисковые бороны, культиваторы как раз и помогают. 

Что касается уборки – здесь важно с делянки собрать все зерна и провести анализ, чтобы получить точные сведения о семенном материале. Поэтому в завершение линейки машин мы, совместно с немецкой компанией, разработали селекционный комбайн. Опытный образец прошел серьезные испытания на полях Крымского института сельского хозяйства. Этот комбайн позволяет убирать каждую делянку по отдельности, все собранные семена можно укладывать в специальные мешочки или емкости, и очень важно, что после каждой делянки комбайн буквально в течение нескольких минут автоматически очищается и, таким образом, исключается смешивание семян одного сорта с другим, что очень важно. Ширина захвата комбайна всего 1,5 метра, сеялки – от 1 до 1,5 метров. Обычная широкозахватная техника на опытных участках не сможет работать.

– Вы ведь еще много разных машин производите. Расскажите, пожалуйста, об основных видах продукции Омского экспериментального завода. Какое направление производства является наиболее перспективным?
– Мы занимаемся почвообрабатывающей техни-кой. Это, прежде всего, культиваторы. Наше семейство культиваторов «Степняк» известно на всю Россию, поставляется в Казахстан и Монголию. За счет интересной конструкции машина работает весь сельскохозяйственный год: весной готовит почву к посе-ву, летом обрабатывает паровые поля, осенью обрабатывает стерню – то есть, выполняет достаточно широкий спектр операций. При этом у нас большой модельный ряд таких машин – можно подобрать орудия под разные виды тракторов и для малого фермерского хозяйства, и для крупных агрохолдингов. На сегодняшний день диапазон культиваторов –  от 3 до 12 метров. 

Также производим глубокорыхлители почвы – прицепные, навесные – под разный тяговый класс тракторов. Выпускаем линейку посевных агрегатов SOWER – они также выполняют качественный точный посев разных культур, оснащены высевающей системой, обеспечивающей удобную настройку: можно быстро перевести сеялку с одной культуры на другую, поменять норму высева и так далее. Производим большое количество измельчителей соломы для отечественных и зарубежных зерноуборочных комбайнов, делаем для них адаптеры, которые позволяют качественно измельчать солому и распределять ее равномерно по полю. У нас есть также машины для кормо-заготовки, для возделывания картофеля, льна-дол-гунца и т.д. Но основное наше направление – почвообрабатывающая и посевная техника. Она у нас серийно изготавливается и пользуется спросом. 

– Какие аналоги вашей почвообрабатывающей и посевной техники производятся в России? Что позволяет вашей технике конкурировать?
– Считаю нашим основным преимуществом то,что мы работаем в тесном контакте с наукой и аграриями, все технические решения выверяем, проводим испытания, консультируемся с ведущими экспертами. В результате техника получается надежной, удобной в эксплуатации и адаптированной к условиям той почвенно-климатической зоны, где используется. Кроме того, наши машины энерго- и ресурсосберегающие: при высокой стоимости ГСМ важно, чтобы расход топлива был минимальным. Мы считаем, что аграрии, применяя нашу технику, должны зарабатывать деньги – потому они и приходят к нам снова. 

Мы гибкие и клиентоориентированные, стараемся оперативно отзываться на все пожелания заказчиков.Плюс в том, что у нас собственное конструкторское бюро, где мы разрабатываем наши машины и проводим их модернизацию. В результате, если что-то нужно скорректировать, инженеры тут же вносят поправки, и в ближайшее время обновленный продукт внедряется в производство.

– Много ли вкладывается в научные разработки? В работу конструкторского бюро? 
– Каждый год мы стараемся выпустить на рынок 2-3 новые разработки, так что, конечно, вкладываем в НИОКР. Как минимум от 3 до 5% от выручки ежегодно закладываем на разработку новых моделей. На мой взгляд, это неплохой показатель: у некоторых коллег финансирование НИОКР составляет не больше 1-2%. Конечно, хотелось бы вкладывать больше, но помимо этого нужно заниматься модернизацией производства, внедрять новые технологии, а на это тоже требуются финансы. Однако мы понимаем, что останавливаться нельзя ни в коем случае: любая ос-тановка – это уже движение назад.

– Дмитрий Александрович, вы говорили о постав-ках в Монголию и Казахстан. Куда-то еще поставляется ваша продукция? Как обстоят дела с экспортом? 
– Экспорту мы уделяем большое внимание. Это диверсификация рынков, потому что рынок в сфере АПК неустойчивый из-за погодных условий и цены на зерно: если аграрии не получили ожидаемых финансовых результатов, они не всегда готовы заказать технику в том объеме, который мы с ними обсуждали. Здесь как раз помогает работа на внешних рынках – какая-то страна обязательно идет вверх. Во-первых, мы взаимодействуем с Казахстаном – они наши соседи и приобретают достаточно большой объем техники. Во-вторых, с Монголией – у них часто засуха, надо работать так, чтобы влага максимально оставалась в почве. Наши энерго- и ресурсосберегающие машины им в этом помогают: на полях, где они работают, аграрии получают гораздо больший урожай. Кроме того, мы работаем с Белоруссией,с Украиной – они закупают у нас селекционные машины. Большой интерес к нашей продукции проявляет Узбекистан, Киргизия, Армения, Таджикистан и другие страны ближнего зарубежья.

Сегодня ведем диалог со странами восточной Европы – там тоже есть интерес, в первую очередь, к нашей селекционной технике. Как я уже говорил, в России аналогов нет, а в мире еще две компании этим занимаются – в Австрии и Германии. Но их техника значительно дороже, а по техническим характеристикам не особенно превосходит нашу, поэтому да-же европейские селекционные центры приобретают технику у нас и достаточно успешно работают. 

Вообще мы постоянно расширяем географию, каждый год добавляем новые регионы и страны. Тем более, сегодня государство поддерживает экспортно-ориентированную продукцию. Российский экспортный центр помогает продвигать продукцию на новые рынки, компенсирует затраты на выставки и другие презентационные мероприятия, на перевозку техники за границу. Мы стараемся максимально участвовать в этих программах. 


– А какими-то еще мерами господдержки пользуетесь?
– Все имеющиеся стараемся использовать максимально. В первую очередь, это Программа субсидирования по постановлению №1432, которая подразумевает реализацию техники со скидкой для аграриев и компенсацией производителям от государства. Программа начала работать в 2013 году и мы одни из первых подключились и даже участвовали в ее корректировке. За 6 лет она показала высокую эффективность как для сельхозмашиностроения, так и для АПК в целом: снижение цены на 15-20%, а порой и на 30%, увеличивает спрос на основные виды техники, что сказывается на объемах продаж и производства. За это время поставлено большое количество техники, причем объемы увеличились с 2015 года, когда импортная продукция стала в меньшем количестве заходить на рынок РФ из-за увеличения разницы в валюте. 
Также мы работаем с Росагролизингом, взаимодействуем с Минпромторгом. Однако в некоторых программах мы не можем участвовать, так как являемся государственным предприятием.

– Дмитрий Александрович, по Вашим словам, предприятие успешно развивается, а как обстоят дела с молодыми кадрами? 
– Кадровый вопрос всегда остро стоял, и не только на нашем предприятии – в целом по России он актуален. Мы понимаем, что сегодня то поколение работников и сотрудников, которое есть на производстве, через 5-7 лет уйдет на пенсию и надо искать замену. В этом плане мы для себя приняли решение, что кадры будем готовить сами, так как у каждого предприятия есть специфика. Мы работаем с рядом учебных заведений Омска: студентов со 2 курса берем на производственную практику – ежегодно более 120 человек – и они проходят процесс селекционного отбора. Мы наблюдаем за ними в рабочей обстановке и на 3 курсе приглашаем тех, кто себя зарекомендовали с хорошей стороны – максимум 50 человек. На 4 курсе работает уже 15-20 наиболее активных студентов. А после вуза 3-5 человек из этой группы мы приглашаем на работу – к этому времени они у нас три раза были на практике и все знают о предприятии, могут работать, в том числе, и на руководящих должностях. На заводе действует кафедра сельхозмашиностроения Омского ГАУ, на которой курсовые и дипломные проекты выполняются по нашему заданию.

Вообще вузы достаточно тесно контактируют с заводом, студенты у нас здесь как свои. Аналогичным образом действуем в отношении рабочих специальностей: взаимодействуем с техникумами и коллежами. Таким образом идет обновление коллектива, но мы ни в коем случае не избавляемся от сотрудников в возрасте - они делятся опытом с молодежью, а молодежь привносит энергию и активность: дополняют друг друга. Также готовим конструкторов и инженерно-технических работников.

– Поделитесь экспертным мнением о состоянии сельхозмашиностроения в Сибири и в целом по стране. Какие стоят проблемы, как их решать, каковы перспективы?
– С 2015 года в отрасли заметны позитивные движения – ежегодно растут показатели по объемам производства, по выручке, по разработке и внедрению новых моделей. Благодаря господдержке сего-дня не просто увеличивается объем производства, но улучшаются технические параметры, внешний вид, удобство эксплуатации. Скажу больше: я думаю, сегодня российская техника не особо уступает зарубежной. Каждый год десятки новых моделей выходит на рынок. На ведущей международной выставке «Агросалон» в Москве российская техника занимает лидирующие позиции.

Но и без проблем не обходится. Хотелось бы, что-бы была какая-то стабильность, а мы очень плотно зависим от наших аграриев. Если у них тяжелая финансовая ситуация, то какую бы мы хорошую технику не производили, ее сложно продать. Даже если говорить о Программе 1432, то до прошлого года не было четкого понимания по финансированию: сначала в бюджете на нее вообще денег не закладывалось, а потом добавили. Получалось, что работала программа рваными темпами. С прошлого года в бюджет заложили по 2 млрд ежегодно до 2021 года, а на 2019 год 8 млрд рублей. Это небольшие суммы, поскольку необходимо до 15 млрд руб ежегодно. 

Другая проблема – конъюнктура рынка и отсутствие четкой государственной политики в области ценообразования. К сожалению, если урожай хороший, то цена на зерно падает, и наоборот – если урожая нет, то цена вроде высокая, но продавать нечего. В свою очередь, ГСМ дорожают с каждым днем. Дорожает металл – это сказывается на себестоимости техники. А цены на зерно остаются низкими. Соответственно, покупательская способность аграриев теряется с каждым годом, и получается дисбаланс: производители техники набирают объемы, а аграрии не могут выкупить продукцию, так как финансово ограничены. Это сдерживает темпы дальнейшего развития отрасли.

Сегодня нас, машиностроителей, также сдерживает компонентная база и рынок металла. Качест-венный металл, который выпускается нашими металлургами, уходит за валюту за рубеж. А все, что осталось, идет на внутренний рынок, и мы вынуждены с этим работать, что отражается на качестве нашей продукции и ее себестоимости – где-то приходиться закладывать дополнительный запас прочности, чтобы машина выдерживала нагрузку. Что касается компонентной базы, то многие заводы, производившие гидроцилиндры, колеса, подшипники в период перестройки обанкротились или перераспределили производственные мощности, переориентировались на другую продукцию. В итоге много технологичных комплектующих мы вынуждены вести из-за границы, из стран ЕС, и это также сказывается на цене. И, более того, на технологической безопасности: если завтра закроют границы, то мы останемся без определенных компонентов. На самом деле, проблем много. Но стоит отметить, что наш профильный департа-мент в Минпромторге РФ в курсе и очень активно участвует в решении всех вопросов. Власть поддерживает машиностроителей.

– Каковы, на фоне всего вышеперечисленного, планы Омского экспериментального завода на ближайшее время? 
– У нас стоит острая задача по модернизации. Мы планируем обновление оборудования, увеличение производственных площадей, а также расширение модельного ряда продукции, разработку новых видов техники. Ставим перед собой задачу ежегодно увеличивать объем экспорта, выходить со своей продукцией на другие страны и континенты. 
 
Сайт ФГУП «Омский экспериментальный завод»
www.оэз55.рф
Информационное агентство «Светич»
Журнал «Нивы России» №4 (170), май 2019
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Реклама
Яндекс Директ