Информационное агентство "Светич". Сайт о сельском хозяйстве. 16+

Как выращивать яблоки по международным стандартам

Как выращивать яблоки  по международным стандартам
На полке любого столичного магазина давно стало нормой видеть польские, киргизские, китайские яблоки, яблоки родом  из Аргентины, а от алматинских – только воспоминания и разговоры о том, что «папорт сейчас не тот». Однако бизнесмены в сфере садоводства обещают, что буквально через пару лет ситуация в корне изменится. Выяснить, как она изменится и почему, мы отправились в Алматы, в сад Amal Bio, возделываемый по интенсивной технологии.

Глава и совладелец бизнеса – Аскар Сабиров. Он вряд ли соответствует тому образу фермера, который закрепился в головах у многих казахстанцев. Аскар – представитель нового поколения предпринимателей, которые увлечены сельским хозяйством, но выстраивают его, прежде всего, как бизнес.

 
 

Интересные факты об Amal Bio


Сад занимает площадь в 150 га в 120 км от Алматы. По сути, Amal Bio – это 3 сада 2013, 2016 и 2017 год посадки. На этой площади растет 500 тысяч деревьев (карликовый подвой – т.е. корневая система, на которую прививается яблоня) различных сортов. Многие завезены в Казахстан впервые. Amal Bio расположен в Талгарском районе, где еще с советских времен возделываются сады. В радиусе нескольких километров от аула Ащыбулак разбиты несколько садов, в основном экстенсивных.
 

Менеджмент


В Amal Bio нас встречает Тамирлан – молодой специалист, год назад окончивший обучение в Англии по специальности «менеджмент в фермерском хозяйстве». Тамирлан вместе с другими специалистами шесть дней в неделю живет в саду.

– Как у вас начинается рабочее утро? С планерки? Аскар мне сказал так: все дело в менеджменте, вы можете взять шикарную землю, посадить качественные саженцы, потратиться на оборудование и даже нанять толковых людей, но если у вас не будет менеджмента, вы прогорите.

Тамирлан: Во время уборки урожая в саду работает 150 человек, большинство – из трех близлежащих аулов. Наш автобус привозит всех к 7.30 и они расходятся по своим участкам.
Весь сад разбит на клетки, каждая из которых, в свою очередь, на ряды деревьев определенного сорта. После рабочего дня, который в саду заканчивается в 5 часов вечера, у нас с бригадирами планерка, она занимает от 5 до 30 минут. Мы ставим задачи: эта бригада зайдет в такой-то ряд, в такую-то клетку, а утром люди собираются, и бригадиры знают, куда их направить. Однако люди у нас сельские и к корпоративным кодексам не привыкшие. Кто-то может не выйти в дождь, причем, иногда предупредит заранее, а иногда – нет. Сегодня, например, не хватает 7 человек: в одной команде 6 человек, а одна вообще отпала, т.е. нам нужно перераспределять людей, чтобы избежать бардака.


Управляющий производством Тамирлан рассказывает о технологии.

– Если мы уж коснулись этой темы, то такой вопрос: менеджмент – это управление, т.е. подбор людей и мотивация. В саду вы в течение года работаете одной командой, а потом в период сбора урожая вам нужно резко масштабироваться и, наверняка, есть проблема с качеством привлекаемых кадров. Где вы их находите и чем мотивируете?
Один из секретов проекта – это люди, живущие в ближайших аулах. В поселках неплохой уровень жизни, население не злоупотребляет алкоголем, а у многих есть свои сады, доставшиеся им, как правило, по наследству, а значит, люди имеют представление о возделывании сада. В других условиях Amal Bio пришлось бы сложнее.
Тамирлан: У нас есть 80 человек, которые стабильно работают в течение всего сезона. Еще 80 мы привлекли на сбор урожая в этом году. Половина, из временно нанятых, уже работала у нас в прошлом году, они более или менее обучены и знают, что делают.

– Что больше всего привлекает наших рабочих? 
– Стабильность. В этом районе 2-3 больших сада, а остальные все маленькие - по 5-7 га. В маленьком саду работа заканчивается за неделю и снова нужно искать заработок. А у нас стабильно с августа по октябрь идет уборка урожая.В этом году мы планируем ввести премиальные каждой команде, которая перевыполняет план. Но на своем опыте мы точно поняли, что простое увеличение зарплаты не приносит какого-то эффекта, это вопрос психологии в большей части. Я сейчас стабильно хожу по командам, разговариваю с людьми и если один день я не прихожу, то люди уже спрашивают, все ли у меня в порядке.
Еще важный момент – техника. В саду есть итальянские трактора, а есть белорусские. Так трактористы хотят только на итальянской технике работать, удобно и приятно.

– Расскажите о команде. Кто чем занимается в саду?
Тамирлан: С нами работает специалист по защите растений, гидроинженер – занимается капельным орошением (оба дефицитные специалисты на рынке – прим.автора), я работаю с персоналом, также есть директор. У нас 10 бригадиров, у каждого свои рабочие.

– Как происходит уборка урожая? Все собирается вручную, ведь деревья карликовые?
– Нет, у нас есть платформы, которые собирают только верхушки. Когда низы уже все собраны, они отдельно едут и собирают верх.
С уборкой сорта «Гренни смит» – зеленое яблоко были некоторые сложности. В саду 2013 года есть с этим некоторые сложности: сад мы закладывали с немцами, нас убедили, что для лучшего опыления нужно садить деревья разных сортов вперемешку. Вот взять эту клетку: здесь «Голден» с 63 по 57 ряд, дальше «Гала» - 6 рядов, потом снова «Голден» 6 рядов и так далее по 4-6 рядов разных сортов. На самом деле это неудобно, так как мы не все сорта одновременно собираем. Допустим, сейчас созрел "Гренни смит", затем другой, и приходится постоянно возвращаться на эти ряды в этих клетках: а это солярка, время и нервы людей. В саду 2016 года у нас вся клетка отдана под 1 сорт – все очень удобно, когда идет сбор урожая, да и вообще во время любых работ в течение года. И в плане управления на одной клетке следить за несколькими командами гораздо удобнее, чем следить за командами, разбросанными по всему саду.


– Вы работали с иностранными консультантами. Опыт был негативный?
– Сад 2013 года можно назвать немецким, 2016 – итальянско-украинским, а 2017 – итальянско-казахским. У нас были свои консультанты-агрономы из разных стран и все делают все по-разному. Мы всех их выслушали, сделали свои выводы и уже сами все по-казахски сделали. Но не так "по-казахски", как принято понимать, а нормально.

– Вы разбили весь сад на клетки, клетки – на ряды. Вижу, что каждая шпалера (опорная конструкция– прим.ред) подписана. Хотите ли вы шагнуть дальше и пронумеровать каждое дерево?
Тамирлан: В идеале сад для меня – это когда каждое дерево пронумеровано. Сейчас такого нет. В саду около 550-600 тысяч деревьев и пока невозможно вести такой учет. Но есть технологии, например, в Польше разрабатывают одну менеджмент-систему, которая определяет штрих-код каждому дереву. У нас 150 га, и проследить за всем садом невозможно физически. 
Я как-то обозначил для себя 10 деревьев во всем саду и хотел за ними следить. Но чтобы каждое из них обойти, мне нужно в одном только саду 3 часа!

– А как вы ведете учет? На какие данные вы опираетесь, чтобы принимать решение?
Тамирлан: У Amal Bio есть хранилища, куда мы складываем урожай, и он хранится в течение 9-10 месяцев. При заполнении хранилищ учитывается все: сорт, ряд, клетка, кто бригадир команды и в какое время собраны эти яблоки. После мы все анализируем.
Для нас сейчас самое главное собирать данные: сколько человек собирает в день, сколько обрезает в день. С каждого мы собираем информацию о том, сколько он в день сделал. Еще мы ввели хронометраж, т.е. за сколько времени выполняется одна операция, мы замеряем. 
Например, за сколько минут собирают одну сумку и за сколько собирают 1 контейнер. Замеряем каждый сорт: «Гренни смит» можно собрать за 30 минут, а сорт «Гала» – дольше, потому что она мельче. Смотря на эти данные, мы пытаемся их улучшить.
 

Технологии


– Когда в саду начинается технологический цикл? Какой месяц «горячий», а когда можно и отдохнуть?
Тамирлан: Цикл начинается в феврале. В садоводстве самый свободный месяц – это январь, в остальное время работа кипит. У нас около 40 операций за весь сезон, а на 150 га одна только операция может затянуться на месяц!
Самые основные — это обрезки, химические обработки, обслуживание сада (подтяжка якорей, тросов), прополки (химическая и ручная), опыление, прореживание, обрывание яблок. К примеру, прополка: если сделать прополку рано, потом пойдет дождь, трава быстро вырастет, а люди будут заняты другими процессами и некому будет бороться с сорняком. Придется опять вытаскивать трактор, делать химпрополку, а это дополнительный расход.

– Яблоки нужно обрывать?
– Да. На одном дереве может быть 200 яблок, но оно не может вынести все 200 плодов. В этом году мы пожалели, хотели больше урожая и не оборвали нужное число яблок. Теперь вот осталось много маленьких яблок, их не продашь. Получается, яблоня должна принести около 100 яблок и поэтому уже весной нужно убрать лишнее.

– А как вы выбрать, что убрать?
Тамирлан:У человека должно быть чувство меры. Правда, у всех оно разное. Вот это дерево может вынести 90 яблок, если дерево толще, то около 100. В этом году 
у нас не везде получилось правильно оборвать, так как все по-разному измеряют и все люди жалеют. 
Допустим, одна ветка должна иметь 5-6 завязей с расстоянием в один кулак (15 см), т.е. каждые 15 см должно быть яблоко. Этого можно достигнуть только путем правильно многолетней обрезки и прореживания. Еще мы должны немного освобождать деревья от листьев, делать так, чтобы не стимулировать излишний рост веток без яблок. Мы ведь выращиваем не дрова, а плоды.

– Есть ли у вас некий календарный план работ, где по месяцам расписано, когда нужны какие процедуры?
– Есть, но он не работает.

– Почему?
Тамирлан: Мы сделали его по месяцам, а так не пойдет. Нужно делать план по фенофазе (прим* фенологическая фаза – ежегодно повторяющиеся явления в годовом цикле растений), т.е. по тому, как дерево растет. Допустим, в прошлом году цветение было 20 апреля, а в этом году 30. Все это зависит от погодных условий. А так как у нас все работы зациклены на дерево, то и ориентироваться надо на него.
 

 

Наука и бизнес


Нариман – научный специалист, получивший степень в Германии, а затем в Турции. Поработав в институте, а затем в продажах, решил остановиться на производстве. Здесь ощущает себя ближе к крестьянам, к реальному производству, где можно быть полезным.

– Все сейчас говорят об органике, которая уже порядком обросла слухами. Органика предполагает отказ от химии, но, как на промышленном, по сути, производстве справиться с вредителями, болезнями, сорняками, не прибегая к помощи препаратов?
Нариман: Органикой считается продукт производства с минимальным количеством обработок, по европейским стандартам – до 20 обработок. Есть органические препараты, но, по сути, все препараты – это химия. Считаю, что органика – это миф. Все препараты распадаются на одни и те же элементы, здесь главное – с умом подходить. Поясню, все препараты имеют свой срок жизни, например креозол разлагается от 20 до 30 дней. Это значит, что применять его непосредственно перед сбором урожая нельзя, так как он не успеет разложиться на невредные составляющие.
Есть биопрепараты – это живые организмы, которые убивают болезни или вредителей. Мы тоже стараемся переходить, в основном, на эти препараты, в этом году на 20-30%%.

– Что самое сложное в вашей работе?
Нариман:  Поймать фазу. У каждой болезни или вредителя есть своя фаза, пик. Если этот самый пик поймать вовремя, то все будет нормально, если пропустить фазу – начнутся проблемы. Эффект домино.

– Как исследователь на производстве, расскажите, как сотрудничать науке и бизнесу? Сейчас во многом наука сама по себе, а бизнес, мне кажется, теряет на этом деньги.
Нариман:  Должна быть коллаборация. У нас скептично относятся к нашим ученым, хотя, есть хорошие ученые. Например, у нас 14 разных сортов, из них районирован только Голден и Ред, остальные не районированы в Казахстане. До нас никто их не завозил. Вообще это работа ученых: они должны 5-6 лет испытывать сорта, районировать и рекомендовать, что к нашим условиям подходят такие сорта с таким-то подвоем, устойчивые к таким-то болезням, или наоборот. Важно рекомендовать сорта к определенным почвам. У нас почва карбонатная, т.е. щелочная, а в Европе, в основном, нейтральная - слабый чернозем, адаптация любой корневой системы на такой почве идет лучше.

– Институты завозят, районируют, вырабатывают рекомендации и продают их бизнесу. За счет этого бизнес экономит деньги и время, верно?
Нариман: Да, мы 5 лет потеряли, пока поняли, что некоторые сорта не подходят к нашему климату. Ученые всю жизнь посвящают исследованиям, знают, где какая почва в Казахстане, какой климат, какие растения подходят, а какие нет. 
В Институте плодоводства есть схема – рекомендации сортов с учетом типа почвы, климата, но по новым и зарубежным сортам данных нет.


Фермер Аскар Cабиров
 

Инвестиции


Вернувшись из сада в город, мы встретились с самим Аскаром. Он обещал рассказать, как организовать сад в стиле кайдзен, что главное в производстве и чем еще интересно заниматься в сельском хозяйстве, кроме садоводства. Amal Bio можно назвать семейным бизнесом: Аскар руководит всем процессом, а продажами и маркетингом занимается его супруга – Динара. Более того, проект Amal Bio – это успешная коллаборация Аскара Сабирова и его бизнес-партнера известного бизнесмена Маргулана Сейсембаева. 

– На полное плодоношение сад выходит через 5 лет и эта цифра засела у многих в голове, как  отправная точка для возврата вложенных средств. Но вы говорили, что нужно 10-15 лет, чтобы окупиться. На начальном этапе многое зависит от правильного планирования. Сколько времени на это уходит и что нужно продумать, чтобы проект стал успешным?
Аскар: Время, когда мы зарабатывали в течение года-двух прошло, особенно это касается фермерства. Если подходить к делу так, как у нас в сельском хозяйстве привыкли, то есть риск, что инвестиции могут вообще никогда не окупиться, ни через 20 лет, ни через 30. Президент же говорил, что пора стать фермером-бизнесменом. Поэтому сейчас у нас наиболее успешны те, кто пришел из бизнеса, потому что они умеют считать деньги.
Занимаясь садоводством или другими отраслями сельского хозяйства, где «поджимают» и Китай, и Польша, и Россия, просчитать все эти вещи невозможно. Потому что, если начнешь считать, как любой нормальный финансист, ты придешь к выводу: «Зачем мне это нужно? Лучше я деньги положу на депозит и, получая хотя бы 3% дохода в валюте, буду жить спокойно». С другой стороны, банки сейчас «лопаются», а у людей нет никакой уверенности в завтрашней финансовой стабильности.
Когда прогнозируешь и рассчитываешь рынки сбыта, нужно понимать, что в садоводстве на плодоношение проект выходит через 5 лет, а вот сам бизнес, скорее всего, окупится на 11-й год. Но этот бизнес ты передаешь следующим поколениям. Передо меня не стоит задача отбить все, а потом перепродать, как у многих бывает.

Я считаю, если ты занимаешься любимым делом, если уже начал, то отбрось все сомнения и, как говорится, just do it. Не начнешь – не почувствуешь. А когда ты грамотно построил менеджмент, просчитал все риски, собрал нормальный коллектив, который будет болеть за дело, если четко выстраиваешь все бизнес-процессы вместе с коллективом, выслушивая их точку зрения, тогда успех обеспечен в любом деле. Важно, чтобы у твоих людей глаза горели, они верили в проект и были его соучастниками. Неважно, выращиваешь ли ты рис или одежду выпускаешь. У нас в сельском хозяйстве много перспективных направлений. Например, разведение овец и производство шерсти. Взять  знаменитые бренды Loro Piana или Brunello Cucinelli, выпускающие высококачественные шерстяные изделия, они закупают шерсть в Монголии, а могли бы у нас. Другое направление – выпуск лекарственных препаратов, косметики, которая нужна конкретно для азиатского типа кожи, для нашего резкоконтинентального климата, с нашим уровнем солнечной радиации. Здесь важно соблюдать «районирование», тогда получится востребованный продукт.


– Всегда говорю, что есть инициатива сверху и есть инициатива снизу. Обычно инициатива сверху - малоэффективна. Как это выстроено у вас?
Аскар: Баланс мы находим очень просто: я же не тот человек, который всю жизнь привык отдавать приказы. Как бизнесмен я должен быть очень гибким и понимать, что меня «поджимает» конкуренция, инфляция, государство, отвественность перед коллективом. Я должен быть готов ко всему. Конечно, важно производить качественный продукт, чтобы люди осознавали ту ценность, которую создают. Наш продукт хорош, потому что мы в него вложили душу, время, знания, заставили свой мозг работать. Мы ездили в Европу, Америку, учились, внедрили ноу-хау и теперь видим результат, а это сумасшедшая мотивация. Одна голова хорошо, а с коллективом нужно вести конструктивный диалог, выбирать то рациональное зерно, которое выгодно и бизнесу, и людям. Здесь нужно понимать, что хочет каждый сотрудник: простозаработок? Хочет ли он посидеть год и дальше уйти или получить результат? Когда у коллектива глаза горят, когда они верят в этот проект, то становятся его частью вместе с тобой, практически становятся «акционерами».

– Вы говорили, что производство у вас в стиле кайдзен. Это философия производства без потерь. Или у вас другая трактовка?
Аскар: Если глубже копать, то да, это производство без потерь. Но на самом деле кайдзен – это люди, которые дают отдачу и вовлечены в сам процесс.
Перефразируя лозунг «Toyota Production System»: «Мы не хотим выпускать самые лучшие яблоки в мире, а хотим готовить людей, которые выращивают самые лучшие яблоки для вас». Я точно знаю, что с командой мы построим любой бизнес. Кайдзен – это философия, основанная на том, чтобы вовлечь людей в работу командой, где не может быть победы, которой добился только один человек, или поражения, в котором также виноват кто-то конкретный.   

– В сельском хозяйстве много рассуждают о производстве: как выращивать скот, как возделывать культуры. Но, по сути дела, производство – это 40-50% успеха. Еще есть такие понятия, как финансовые потоки, дистрибуция, маркетинг, которыми очень мало кто правильно занимается. Уделяете ли вы внимание остальным процессам, кроме производственного, и выстраиваете ли вы бренд, например?
Аскар:  Изначально мы делали все интуитивно правильно. Но долго на интуиции не уедешь, это дело нужно шлифовать. Дистрибуция, маркетинг – это вообще отдельная отрасль, у нас отделом продаж занимается моя супруга. Мы хорошо выстроили оптовые продажи, но на рознице прокололись. Не хватает кадров, не хватает знаний, потому что розница – это конечный потребитель, к которому надо выстраивать цепочку.
Качества яблок мирового стандарта я добьюсь только через 5 лет. Еще 5 лет нужно, чтобы бизнес держался на плаву. Только на 15-й год я буду знать, что у нас ежегодно выпускается стандартное яблоко хорошего качества. Есть клиенты, готовые платить за бренд, за качество, но чтобы оправдать их ожидания уходит 15 лет. До этого в нашей истории такого не было.
 
Информационный консультационный центр
при Министерстве сельского хозяйства
Республики Казахстан

Информационное агентство «Светич»
Газета «АгроЖизнь» №3 (94), март 2019
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Яндекс Директ