Информационное агентство "Светич". Сайт о сельском хозяйстве. 16+

Новый сезон и зерновая политика: взгляд участника рынка

Новый сезон и зерновая политика: взгляд участника рынка
С началом августа в России начинается и работа с зерном нового урожая. Обсудить старт этой кампании, тенденции, прогнозы зернового рынка, анализ предыдущего периода, готовность к сезону предприятий по хранению, реализацию мер господдержки – все эти вопросы мы обсудили с экспертом и непосредственным участником этого рынка – директором крупнейшего элеватора в Свердловской области «Хлебная база №65» Константином Юферевым.
 
– Константин Владиславович, начнем с того, что отрасль имеет в настоящий момент?
– По текущему году мы видим внимание первых лиц государства к необходимости совершенствования нормативных основ отрасли сельского хозяйства. Тема постоянно звучит среди основных, актуальных в настоящее время. При этом, президент говорит не просто о развитии отрасли, а о том, что нам необходим ПРОВЫВ. Этому подтверждение нашлось в словах вице-премьера Правительства РФ Алексея Гордеева, который ранее возглавлял министерство сельского хозяйства, а затем один из аграрных регионов страны. При смене правительства сменился и федеральный министр сельского хозяйства. Посмотрим, что команда новых управленцев предложит отрасли, это важно, потому что, как мы видим, тема сельского хозяйства находится в приоритете. Это сектор, который быстро откликнулся на задачу импортозамещения и уже шагнул дальше – к серьезным планам по развитию экспорта.
 
– Давайте подробнее поговорим о планах и тенденциях, которые, на Ваш взгляд, намечаются в отрасли?
– Тенденции, на мой взгляд, очень интересные. К примеру, мне понравилась идея цифровизации в сельском хозяйстве. Причем, не только в вопросах контроля и учета работы сельхозтехники, но и цифровизация полей, которая покажет, какая природная, климатическая среда каждого участка, урожайность и т.д. Все земли планируется к определенному периоду перевести в цифровой режим. Так будет проще планировать деятельность, потому что на практике получается, что крупные агрохолдинги имеют возможность вести стратегическое планирование, научное сопровождение, а вот предприятия малого и среднего предпринимательства пока ведут себя стихийно: сегодня мы садим картофель, потом – пшеницу, потом еще что-то… Одновременно может сложиться так, что получится переизбыток рынка, не высокие цены на продукцию, или погодно-климатические условия сложатся так, что все может привести к перепроизводству. И поэтому надо органам государственной власти с помощью мониторинга и прогнозов быть регулятором, именно не с целью что-то запретить, а проинформировать о рисках со сбытом продукции, с ценовой ситуацией.
 
– Давайте поговорим о зерне, которое производится в регионах Урала?
– У производителей зерновых культур рисков немало. Казалось бы, производят регионы Урала около 5 млн тонн – не так много в масштабах общего урожая, но так складывается. Здесь и свои возможности, и свои потребители зерна, как продовольственного, так и фуражного, у нас развиваются очень активно и животноводство, и птицеводство. Мы, в основном, выполняем основные задачи по продовольственной безопасности, которые ставит государство. Поэтому зерно производить нужно, но настораживает одна тенденция, которая проявляется в этом году – это хранение зерна вне стационарных пунктов.
 
– И это является проблемой?
– Если в целом по стране порядка 30% урожая хранится организованно, а 70% – вне элеваторов, то по Уралу – и того больше. Но если сравнить условия для хранения зерна «напольно» в Краснодаре, при минимуме ноль градусов, или – это в условиях уральской зимы. Надо отметить, что есть, конечно, крепкие хозяйства, которые могут обеспечить инфраструктуру хранения зерна, сушки, следят за этим, но большинство хозяйств складывают урожай осенью в ангар, и все, замело тропинку до весны. А когда весной открывают, то зерно уже проросло. Так вот, если на стадии уборки потери составляют 3-5%, то при хранении еще теряется 8-10% урожая. А это объем экспортной поставки.
 
– То есть, теряется полностью?
– Есть потери как количественные, так и качественные. Есть и полностью уничтоженное зерно. А может быть, зерно собрано третьего класса, которое могло быть продовольственным, а оно переходит в 4-5 категорию или зерноотходы. И должного мониторинга в этом деле нет. В этом году зерно поступает на элеваторы с показателями зараженности. Оно хранилось год в хозяйствах, а перед новым урожаем они освобождают хранилища, но по сорности и вредителям такое зерно не соответствует. Конечно, перед реализацией оно пройдет советующую процедуру, потребитель не пострадает, но это дополнительные траты или угроза потери урожая.
 
– И что делать?
– Сразу хранить зерно на элеваторах. Именно здесь к хранению и сохранению зерна подойдут профессионально. То, что можно сказать о нашем предприятии – «Хлебной базе №65» в Каменском районе Свердловской области – за весь период моей ответственности за предприятие с 2014 года, и в более ранние сроки, ни одной тонны зерна не потеряно. Здесь строго соблюдается технология, есть надлежащий контроль. Другие элеваторы также стараются, клиентов терять никому не хочется. В советское время государством уделялось внимание вопросам хранения урожая, строились элеваторы и зернохранилища. А в настоящее время – недозаполены все. Это тоже плохо. Элеваторы испытывают недополучение средств для содержания себя как гаранта сохранности зерна. Это очевидно.
 
– А роль элеваторов на зерновом рынке сейчас какова?
– Элеватор – это рыночный показатель. По нему всегда легче получить информацию, какое зерно, какого качества, какие тенденции идут… Рынок становится более подвижным. Мы видим, что 40 млн тонн зерна отправлено за рубеж, что в два раза больше, чем у других крупных стран-экспортеров. И это драйвер развития зернового сектора России. Так вот, на элеваторе хорошо виден спрос, поэтому всегда легче таким образом обеспечить сельхозтоваропроизводителям банковские гарантии. Если есть товарная квитанция о том, что зерно на хранении на элеваторе, то банки идут на дофинансирование хозяйств. И гарантировано под обеспечение этого зерна банки до 20% могут увеличить кредитование отрасли.
 
Константин ЮФЕРЕВ:
«Позитив в сельском хозяйстве очевиден. Но требуется прорыв, для которого важна правильная зерновая политика федерального центра и четкая региональная политика».
 
– Что еще относительно зернового рынка хотели бы обозначить в начале нового сезона?
– Хотел бы проинформировать поклажедателей, что все увереннее зерно становится биржевым товаром. Еще раз напомню о том, что его можно покупать и продавать на бирже – это общепризнанный эффективный рыночный механизм, но есть еще один государственный механизм регулирования рынка – государственная интервенция. Но вот что удивительно, государство объявило цену в прошлом году по продовольственной пшенице 10,5 р. А хозяйства не откликнулись на эти мероприятия, и продавали зерно самостоятельно по более низкой цене.
 
– А почему?
– Причины две – недоинформированность и недоверие еще к механизму биржевых торгов. Хотя тема интервенций на определенном этапе ситуацию с ценами выровняла. Когда были предельно низкие цены, государство приходило на рынок со взвешенной ценой, 7 тысяч тогда было, и это приближено к справедливой цене, которая покрывала затраты сельхозтоваропроизводителей на производство. Они могли спокойно торговать по этим ценам. Такое было примерно на протяжении трех лет, цена позволяла получать маржу. Но примерно полтора года уже, как рынок взбудоражен объемами зерна, в том числе, возможностями экспорта. И вдруг рынок остановился в таком цифровом диапазоне, который не совсем выгоден ни для переработчиков, ни для производителей зерна. И вот сейчас как раз можно воспользоваться возможностью профессионального хранения зерна, например, на нашей «Хлебной базе №65», которая соответствует и высоким требованиям даже под хранение государственного зерна, и является аттестованным базисом поставки по Московской товарной бирже.
 
– Чем к новому сезону может удивить «Хлебная база №65»?
– Именно в этом году, учитывая и требования рынка, и пожелания наших сельхозтоваропроизводителей, для увеличения оборота сельхозтехники в период уборки, мы начали строительство второго приемного комплекса. Это еще один проезд, который позволит минимум в два раза увеличить возможности предприятия. А по пропускной способности – даже более чем в два раза. Поэтому для аграриев мы бы хотели обратить внимание на анализ рынка, на все эти тенденции, и на наши возможности, на то, что в рыночных условиях нужно встречаться, общаться, высказывать свои запросы и ожидания, слушать других, именно это будет балансировать рынок.
 
– Прокомментируйте участие государства в зерновом рынке в настоящее время?
– В целом, федеральная зерновая политика вполне обозначена. Но вот очень бы хотелось и это важно, чтобы и региональная зерновая политика обрела более явные очертания. Должны быть такие механизмы, например, пока нет регионального зернового фонда, нет регулирования цены. Это мог бы быть один из регуляторов, отработанный механизм. Органы власти могут поддерживать рынок инфраструктурой. Это поле непаханое: транспортные коммуникации, логистические возможности, работа над качеством производимого зерна, участие в организации его глубокой переработки… Нужно строить хранилища, хабы, региональные центры. К ним уже «подтянется» переработка. Это обсуждается, а в некоторых регионах уже реализуется. Но нужно ускорить.
 
– То есть, развитие и перспективы есть, это заметно?
– Позитив в сельском хозяйстве очевиден. Это видно, к примеру, по Свердловской области – строятся крупные объекты, современные, развиваются те, что уже введены в эксплуатацию. Но это – крупные производства. А вот малому и среднему бизнесу нужна помощь.
 
– Финансовая, в основном?
– Это главное, но не только… Государством создана в помощь Корпорация поддержки малого и среднего бизнеса на селе. Они разработали новые формы кредитования. Потому что инфраструктура кооперации на селе в 90-е годы была уничтожена, и сейчас все работают индивидуально. А политика государства направлена на укрупнение, объединение, через организацию совместных магазинов, инфраструктуры. Государство готово нарастить имущественную базу любого кооператива на селе, это действенный механизм, который имеет перспективы.
 
– Что скажете про цены на зерно? Именно от них зависит все для каждого агрария…
– Мировая тенденция – по ценам на зерно намечается рост, особенно – по ячменю. Спрос на ячмень и пшеницу возрос. Особенно зерновая группа в этом году – при высоких переходящих остатках. Эксперты зернового рынка обратили внимание и задались вопросом: что такое 134,4 млн тонн – это «пузырь» или реальность? Смотрели показатели остатков на начало года – январь-февраль. Причем, на юге цифры менялись сопоставимо отгрузкам в порты, а вот, к примеру, Волгоград и Поволжье «зависало» с высокими переходящими остатками, и Урал тоже. Так, по Уралу 1,6 млн. тонн на начало июня оставалось на оперативном хранении, от всего объема обычного производства за год – в 5 млн тонн. Это колоссальная цифра, на которую «наворачивается» новый урожай. Начали смотреть динамику. К маю-июню эта цифра должна стремительно снижаться, если, конечно, она была не «надутой». И в большинстве регионов страны это произошло. А вот на Поволжье и Урале эта диаграмма не получилась. А что-то планировать можно только, если есть верные цифры.
 
– Каковы прогнозы на урожай, которым Вы, как участник рынка, доверяете?
– Согласно июньскому изданию Российского зернового союза, предвидится сокращение объемов производства зерна до 114 млн тонн, то есть, более чем на 20 млн тонн. Но, тем не менее, важно экспортное предложение этого года повторить, так как рынок нельзя терять. И кстати, чем прозрачнее и честнее рынок, тем лучше. Считаю, что элеватор в этом отношении – абсолютно прозрачен.
 
– Что скажете о законодательной базе, по которой работают элеваторы?
– Остается актуальным Проект федерального закона о зерновых товарных складах. Поручение президента по подготовке к принятию закона действует. Он предусматривает создание саморегулируемых организаций по хранению, многие эксперты как раз выступают за то, чтобы они и были гарантией для банка на кредитование отрасли. Закон нужен, мы его ждем. Сейчас все вопросы регулируются большим количеством различных нормативных актов, вышедших в разные сроки, начиная с 60-х годов прошлого века! Нужен четкий закон в новых условиях, тенденциях, в условиях рыночных отношений, но при стратегическом планировании. Многие страны используют такую практику. Отстают и другие законы, например, налоговый кодекс, где хранитель зерна находится в неравных условиях по НДС. Госрезерв не облагается этим налогом, поэтому это остаётся на хранителе. И мы дважды платим этот налог. Это не правильно, мы же осуществляем государственную функцию. Это несостыковка, и она существенна.
 
– Как, на Ваш взгляд, показал себя механизм льготных перевозок?
– Верю тому, что вижу. А видел эффективность работы федерального оперативного штаба в период уборки урожая. Но прошлый год показал ряд изъянов, которые устраняются сейчас. Это, прежде всего, логистическая составляющая, организация перевозок зерна по железной дороге. Компания Русагротранс была практически монополистом на рынке. Тут сработал критерий сезонности, может, у компании и был объем вагонов, необходимый для перевозки всего объема за год, но нужен он был в сентябре-ноябре. И причем – массово в Сибири, откуда надо было срочно вывозить зерно. И фактически в этих условиях организация-перевозчик получила нокдаун. Она старалась, боролась, профильное министерство пыталось контролировать ситуацию… Чтобы решить эту проблему, сейчас создается альтернативная компания.
 
– Что-то пожелаете читателям?
– В начале нового сельхозгода (а для нас он начинается вместе в новым урожаем) хотелось бы пожелать всем сельхозтоваропроизводителям успешного сезона, хорошего урожая по качеству и цене, внимательной политики, новых партнеров, с которыми вместе могли бы появиться здравые решения. И конечно, иметь достаток в доме и хорошее настроение.
 
– Спасибо за беседу. Будем надеяться, что год сложится успешно.



Информационное агентство «Светич»
Журнал «Нивы России» №7 (162), август 2018
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Яндекс Директ