В Москве 5 октября проходит Российский агротехнический форум, который является одним из ключевых деловых мероприятий в сельхозмашиностроения и АПК. Мероприятие организовано Ассоциацией «Росспецмаш» при поддержке Союза Машиностроителей России. Информационным партнером форума выступает АгроМедиаХолдинг «Светич».
Свою работу Российский агротехнический форум начал с обсуждения центральной темы – вопросов производства и рынка сельскохозяйственной техники России в 2026 году. Среди вопросов, на которые волнуют участвующих в форуме представителей органов власти, отраслевых союзов, аграриев и экспертов: влияние текущей экономической ситуации на отрасль, инструменты стимулирования спроса, повышение эффективности мер государственной поддержки, а также перспективы развития сельхозмашиностроения.
Президент Ассоциации «Росспецмаш» Константин Бабкин в своем выступлении, открывая пленарное заседание, отметил, что по итогам 2026 года участники рынка ждут падения отгрузок и производства. А в 2027 году отечественные заводы специализированного машиностроения планируют сократить инвестиции на 11 млрд рублей по сравнению с 2025 годом. Константин Бабкин добавил, что потенциал у отечественного сельхозмашиностроения есть, и он может удовлетворить запросы аграриев – мощности заводов России и Беларуси позволяют выпускать в год 50 тыс. тракторов, 15 тыс. зерноуборочных комбайнов и 1,7 тыс. самоходных кормоуборочных комбайнов.
В ходе РАФ также затронули уже традиционную для этого мероприятия тему урожая текущего года. В частности подробно говорили о производстве зерновых, рентабельности этого направления, вызовах, перспективах и трансформации целей и задач в существующих условиях.
Отдельная сессия Российского агротехнического форума посвящена локализации в сельхозмашиностроении. Обсуждали сложности, с которыми сталкивается отрасль на этом пути, работу с себестоимостью при импортозамещении, а также познакомились с опытом успешной локализации.
Российский агротехнический форум традиционно открывает череду осенних отраслевых выставок. Уже 6 октября обсуждение ситуации на рынке сельскохозяйственной техники продолжится на выставке АГРОСАЛОН-2026, а 7 октября начнет свою работу выставка «Золотая осень». Аграрный МедиаХолдинг «Светич» участвует в этих мероприятиях и поддерживает их в качестве информационного партнера.
– Почему тема локализации сейчас особенно важна для сельхозмашиностроения? Что изменилось за последнее время?
– Тема локализации начала особенно активно развиваться еще с 2014 года, когда появились первые ограничения во взаимодействии с нашими зарубежными партнерами.
В 2022 году проблема обострилась: произошел очевидный разрыв кооперационных связей, а на государственном уровне были поставлены задачи по обеспечению технологического суверенитета и технологического лидерства страны, в том числе в машиностроении и сельхозмашиностроении.
Поэтому чем дольше продолжается геополитический кризис, тем острее становится вопрос импортозамещения, локализации и развития внутреннего производства компонентной базы.
Производители все больше понимают, что полная зависимость от зарубежных поставок, даже из дружественных стран, несет серьезные риски, которых в будущем хотелось бы избежать.
Поэтому тема локализации уже не первый раз обсуждается на нашем форуме, но своей актуальности она не теряет.
– Сейчас отрасль ставит цель – более 90% локализации сельхозтехники к 2030 году. За счет каких компонентов в первую очередь будет расти этот показатель?
– У нас постоянно идет диалог с федеральными органами исполнительной власти и правительством. Требования к локализации прописаны в постановлении № 719: там определены компоненты и технологические переделы, необходимые для того, чтобы машина считалась российской.
Последние три-пять лет крупные заводы активно инвестируют в развитие ключевых для них компетенций.
Если говорить о самоходной технике, это элементы трансмиссии – коробки передач, ведущие и управляемые мосты. Производители также активно развивают собственные линейки двигателей и расширяют номенклатуру.
Это сложные и капиталоемкие узлы, которые раньше предприятия закупали на стороне, а теперь локализуют либо на собственных мощностях, либо на территории России.
При этом все большую роль начинают играть более мелкие и массовые компоненты: гидроцилиндры, подшипники, различные электронные датчики, системы управления, рабочие органы.
Все это исторически закупалось за рубежом, но мы видим, что российские предприятия и производители компонентов все активнее занимаются их локализацией.
При этом именно небольшие компоненты во многом определяют потребительские свойства и качество конечной машины. Крупные узлы отвечают за технологичность, а такие характеристики, как ремонтопригодность и надежность, могут зависеть от самых небольших деталей.
Поэтому выделить какие-то отдельные компоненты как главные достаточно сложно. Цель – 90% локализации. А это означает, что, грубо говоря, от руды до конечной машины производство должно быть организовано на территории страны.
фото: donland.ru
– Почему при существующих мерах поддержки в России до сих пор не сформировалась полноценная отечественная база компонентов для сельхозмашиностроения? Что сегодня больше всего тормозит ее развитие?
– Важно отметить, что помимо льготного кредитования в рамках Фонда развития промышленности какой-то отдельной меры, направленной именно на развитие производства компонентов, на текущий момент нет.
Есть льготные кредиты ФРП. Постоянно идут дискуссии и попытки разработать новые меры поддержки, но полноценной системы, которая была бы выстроена и работала в полную силу, пока нет.
Кроме того, очевидны финансовые ограничения.
При этом тот огромный шаг, который был сделан за последние пять лет, по крайней мере в условиях ограничений со стороны западных поставщиков, сложно переоценить. Для того чтобы добиться результатов, которых наши производители достигли за это время, у западных компаний зачастую уходили десятилетия.
Нельзя забывать, что их развитие было гораздо более планомерным и длительным. У российских компаний из-за политических и экономических кризисов 1990-х такого благоприятного периода развития не было.
Поэтому среди основных факторов, которые тормозят развитие, я бы назвал отсутствие доступного финансирования – как частного, так и государственного, – а также очень сжатые сроки.
Нельзя ожидать, что полноценное производство всей необходимой номенклатуры компонентов, соответствующее требованиям по качеству, объему и стоимости, будет выстроено за пять лет. Это гораздо более длительный процесс.
При этом у нас на секции присутствует много предприятий, которые могут рассказать об огромных шагах, которые им удалось сделать за последние годы.
– Насколько быстро можно заменить импортные компоненты без потери качества и надежности техники?
– Это действительно сложный вопрос. Если взять, например, подшипник, его разработка занимает минимум год-полтора. Затем постановка на производство – еще около полугода. То есть уже получается около двух лет.
Если речь идет о сельхозтехнике – например, зерноуборочном комбайне или тракторе, – компонент необходимо испытать.
Сначала проходят стендовые испытания. Это минимум полгода: проверяется, как работает узел, как нагревается подшипник, оцениваются показатели шумности, вибрации и другие параметры.
После этого нужен еще как минимум один сезон работы в полевых условиях, поскольку создать полностью идентичные условия на стенде невозможно.
Таким образом, требуется минимум от трех до пяти лет, чтобы можно было уверенно говорить о надежности компонента и убеждать клиента, что он не уступает импортному аналогу.
Поэтому процесс импортозамещения компонентов достаточно длительный.
фото: donland.ru
– Как локализация влияет на себестоимость техники? Может ли российский компонент быть дешевле импортного?
– Сегодня российские промышленные предприятия находятся в менее выгодных условиях, чем производители из многих других стран, в том числе дружественных.
Если говорить о прямых издержках, то, например, металл китайскому производителю какого-либо узла может обходиться на 30%, а в некоторых случаях на 40% дешевле, чем российскому производителю.
То же касается электроэнергии. Во многих странах более льготные тарифы на электроэнергию получают промышленные предприятия, которые создают рабочие места и платят налоги. В России ситуация другая: льготные тарифы предоставляются населению, а соответствующая нагрузка ложится на промышленность.
В результате затраты на электроэнергию у российских предприятий иногда оказываются в разы выше.
Затраты на труд у нас уже сопоставимы с другими странами. Кроме того, есть значительное количество накладных расходов: более сложная бухгалтерия, логистика, расходы на охрану и так далее.
В итоге российский компонент зачастую получается дороже импортного.
Кроме того, зарубежные компоненты производятся на предприятиях, которые уже завершили свой инвестиционный цикл, погасили кредиты и вышли на проектные объемы производства.
Наши предприятия зачастую находятся в начале этого пути, а на начальном этапе производство всегда обходится дороже.
Поэтому мы выступаем не за создание каких-то искусственных условий для российских производителей, а за меры поддержки, которые позволили бы выровнять условия конкуренции с зарубежными партнерами и конкурентами.
фото: pixabay.com
Может ли российский компонент быть дешевле? Да, может.
Если говорить системно, это зависит от изменения базовых параметров экономической политики – денежно-кредитной, налоговой и протекционистской.
Если говорить о точечных мерах, могут применяться различные инструменты государственной и региональной поддержки, которые позволят российским производителям повысить эффективность.
Даже в текущих условиях есть примеры, когда благодаря адресной поддержке со стороны государства, регионов и институтов развития российским производителям удается конкурировать по цене с зарубежными компаниями.
– Что, на ваш взгляд, должно измениться в отрасли в ближайшие несколько лет, чтобы российское машиностроение стало действительно независимым от импорта?
– В ближайшие несколько лет в первую очередь должно увеличиться благосостояние наших потребителей – сельхозпроизводителей, производителей растениеводческой и животноводческой продукции.
Сейчас мы видим, что они находятся в сложном положении. Цены на основные продукты сельского хозяйства, в частности зерно, находятся на низком уровне.
Соответственно, у предприятий нет достаточных средств для обновления машинно-тракторного парка, закупки более производительной техники и его расширения.
Отсюда следует, что наши заводы также сокращают производство и рентабельность бизнеса и, как следствие, не имеют возможности финансировать проекты, необходимые для импортозамещения.
На мой взгляд, ключевой фактор, который мог бы ускорить импортозамещение, – это благосостояние нашего крестьянина.
Параллельно необходимо продолжать применять разумные протекционистские меры, которые и сейчас действуют в рамках промышленной политики страны.
Фото: Александра Сашина / предоставлено организаторами РАФ
В Москве прошел Российский агротехнический форум, который является одним из ключевых деловых мероприятий в сфере сельхозмашиностроения и АПК. Форум организован Ассоциацией «Росспецмаш» при поддержке Союза Машиностроителей России. Информационным партнером мероприятия выступает АгроМедиаХолдинг «Светич».
В работе форума приняли участие более 400 человек, среди которых руководители органов государственной власти, владельцы агрохолдингов и машиностроительных предприятий, руководители сервисных и дилерских организаций, эксперты отрасли и СМИ. Центральной темой РАФ стали вопросы производства и рынок сельхозтехники в России в 2025 году. Также участники форума обсудили планы на 2026 год. В ходе мероприятия машиностроители, представители органов власти, отраслевых союзов, аграрии и эксперты обсудили текущее состояние и перспективы отрасли, эффективность государственной поддержки, результаты урожая 2025 года, рентабельность фермеров, первые итоги лизинговых программ, а также прогнозы развития в 2026 году.
Как отметил президент Объединенной лизинговой ассоциации, генеральный директор АО «Росагролизинг» Павел Косов, сейчас и аграрии и машиностроители переживают непростые времена. По его мнению, на этом рынке сработал принцип домино, обусловленный рядом причин. Приобретение техники аграриями, а вслед за этим снизились объемы отгрузки самоходной техники российскими производителями.
«Без технической модернизации развиваться сельскому хозяйству крайне тяжело. Мы видим, какая ключевая ставка, какая стоимость денег. Мы видим, что рентабельность в сельском хозяйстве оставляет желать лучшего. Влияние на отрасль оказывают и другие факторы – рост себестоимости по ряду направлений. В этом году на 28% сократилось приобретение техники, на 40% сократились отгрузки отечественными заводами», — отметилПавел Косов.
По словам Председателя Совета директоров ООО «Агроцентр» Александра Костина, на сегодняшний день, несмотря на господдежку, показатели остаются низкими. Загрузка предприятий составляет около 30 процентов. К концу 2025 года ожидается снижение еще на 15–20 процентов. Начальник управления сельскохозяйственного, пищевого и строительно-дорожного машиностроения Минпромторга РФ Валентин Цупрун отметил, что уже второй год подряд на отрасли сельхозмашиностроения негативно сказываются высокая ключевая ставка, низкая доходность аграриев и ограниченный доступ к дешевым инвестиционным кредитам. При этом падают как импорт, так и отгрузки российской техники, а доля отечественной продукции на рынке остаётся стабильной.
В числе эффективных мер господдержки спикер назвал субсидии Фонда развития промышленности, программу обратного инжиниринга АТР и механизмы СПИКов. Он также подчеркнул необходимость контроля за качеством техники, чтобы снизить риски появления дешевых иностранных моделей.
В свою очередь, председатель Форума, президент Ассоциации «Росспецмаш» Константин Бабкин подчеркнул, что с начала 2000-х годов отрасль выросла с 24 процентов до почти 70 процентов доли отечественной техники на российском рынке.
«Сегодня многие предприятия работают в режиме неполной занятости, приостанавливают инвестиционные проекты, стараются сохранить коллективы и компетенции. Это тревожный сигнал, который требует анализа и обсуждения…У нас огромные возможности — миллионы гектаров земли, растущий мировой спрос на продовольствие, сильная инженерная школа. Россия может и должна наращивать производство зерна, масличных культур, овощей и другой продукции, что требует долгосрочной стратегии, системной поддержки экспорта и приоритета закупок отечественной техники за счет бюджетных средств…Мы не опускаем руки, впереди много работы, и только совместными усилиями мы сможем обеспечить рост и устойчивость сельского хозяйства России», — резюмировал он.
– Как Вы оцениваете итоги урожая 2025 года по регионам, и какие факторы повлияли на успехи или трудности фермеров?
– В этом году урожай, в целом, хороший. По предварительным оценкам ожидаем 135 млн тонн. В Центральной части, Поволжье, Сибири и на Урале ожидаются показатели выше прошлогодних. Из-за засухи снизилась урожайность в ряде районов Ростовской области и на Кубани.
Что беспокоит сегодня: уже четвертый год идет сокращение посевных площадей. В том числе, что очень важно – по такой стратегической культуре, как пшеница.
Согласно официальной статистике, за последний год общее сокращение под зерновыми составило – 5,1%. Площадь под яровой пшеницей уменьшилась на 10,4%.
Она становится просто нерентабельной.
И причины здесь не только в погоде.
С одной стороны затраты растут быстрее, чем цены на пшеницу. С другой стороны – экспортная пошлина.
Серьезно повлиял растущий диспаритет цен на сельхозпродукцию и ресурсы – топливо, удобрения, электроэнергию, запчасти и др. Так, за 5 лет цена на селитру увеличилась на 20%, на азофоску – на 46%, на диаммофоску – на 50%. Стоимость запчастей за три года выросла на 75%. Цены на дизельное топливо вновь резко пошли вверх.
Затраты растут, а цена на пшеницу не растет, а падает. И в этом году опять упала. Об этом говорили фермеры на Съезде АККОР в марте этого года.
А нет доходов – нет возможности обновлять технику, соблюдать и внедрять новые технологии. О технике отдельно. За последние три года цены на нее выросли от 40% до 100%. Это несопоставимо с доходами аграриев.
Добавьте к этому острую нехватку трактористов, комбайнеров, водителей. В сезон, трактористов на 150 тысяч рублей в месяц сложно было найти. Они уходят в города, там больше платят. А фермеры вынуждены жен, детей сажать на трактора. Вот на фермерской семье все и держится – крепкой, дружной, многодетной. Это демонстрирует и статистика. С 2000 года валовое производство зерновых у фермеров увеличилось в 7 раз. В целом, малые формы хозяйствования производят около 60% зерновых, плюс почти 70% подсолнечника. Это наиважнейший сектор для обеспечения продовольствием, сохранения сельских территорий, развития демографии. И его нужно всячески поддерживать не на словах, а на деле.
Однако фактически мы наблюдаем устойчивый тренд на снижение количества крестьянских (фермерских) хозяйств. Это говорит о том, что условия для функционирования малого предпринимательства на селе неблагоприятны, а поддержка недостаточна.
– Как Вы оцениваете реализацию мер господдержки в этом сезоне, и какие новые инициативы АККОР планирует внедрить в 2026 году?
– Когда такой большой диспаритет цен, конечно, важна господдержка. Это и субсидии, и льготное кредитование, и лизинг, и гранты. Но проблема заключается в том, что большинство фермерских хозяйств господдержку не получают. Ресурсы быстро исчерпываются крупным бизнесом. Процедура получения субсидий усложнилась. Для получения средств необходимо выполнить много связывающих условий. В такой ситуации господдержка становится недоступной для КФХ, особенно для малых семейных ферм. Так, количество получателей субсидий на литр молока среди крестьянских (фермерских) хозяйств в 2024 году по сравнению с 2022 годом снизилось практически в 2 раза.
В 2026 года предполагается, что все субсидии, предназначенные для малых форм хозяйствования, будут объединены в единую корзину, таким образом, они не смогут быть перераспределены на другие направления. Это было предложение АККОР, мы системно добивались данного решения. Будем работать далее над тем, чтобы господдержка данной строки увеличивалась.
Значимой мерой является льготное кредитование. Важно, чтобы у малых форм хозяйствования к этому инструменту был доступ, а ставка рефинансирования Центрального банка позволяла бы формировать действительно льготную ставку по кредитам. В целом по прошлому году, согласно данным Минсельхоза, льготные кредиты стало получать меньшее количество фермеров. Это нехорошая тенденция. Единственный банк, который увеличил количество получателей кредитов среди малых форм хозяйствования это Россельхозбанк.
Возможность получить сельхозтехнику по лизингу – еще одна мера государственной поддержки. Росагролизинг проводит акции для аграриев, предлагая лучшие условия, чем были. Но нужно возвращаться к тем условиям, которые были раньше. Это реальная помощь.
В этом году особенно важно поддержать регионы, попавшие в сложную ситуацию в связи с погодными явлениями. Сельхозпроизводителям необходима пролонгация кредитов под льготную ставку с сохранением кредитной истории. У многих стоит вопрос получения льготных кредитов на посевную. Наша Ассоциация АККОР обратилась в Правительство РФ с просьбой рассмотреть варианты решения.
Еще одна проблема фермеров – цифровизация отчетности. У нас запускают все больше ФГИСов – информационных систем, куда фермер постоянно должен заносить все больше сведений о своей деятельности, продукции, земле и т.д. Хозяйства у фермеров в основном многопрофильные, они вынуждены работать сразу в нескольких системах. В такой ситуации административная нагрузка для крестьянских (фермерских) хозяйств становится непосильной.
Всем же очевидно, что собирается излишняя информация. Порой данные эти никому не нужны, нигде не используются.
Одна система не взаимодействует с другой, часто дают сбои, требуют немалых затрат на оборудование, обслуживание и т.д. Совет АККОР направил письмо и в Минсельхоз, и в Правительство с просьбой ускорить разработку и внедрение универсальной цифровой платформы для КФХ и обеспечить сервисное обслуживание малых КФХ на безвозмездной основе. Пока вопрос остается открытым.
Над чем мы продолжаем работать:
1. Главная задача – повышение доходности сельхозтоваропроизводителей. В этих целях считаем необходимым обнуление экспортной пошлины на зерновые и зернобобовые культуры, регулирование тарифов и цен на электроэнергию, газ, дизельное топливо, минеральные удобрения в целях обеспечения их доступности для отечественных сельхозтоваропроизводителей.
2. Упрощение процедур получения господдержки для малых форм хозяйствования.
3. Снижение процентных ставок по льготному кредитованию и лизингу техники.
4. Подготовка поправок в ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» в части выделения отдельной категории «крестьянское хозяйство семейного типа». Разработка для таких хозяйств специальных условий по налогам, отчетности, господдержке.
5. Создание единой цифровой системы для МФХ.
– Как оцениваете состояние российского производства сельхозтехники в 2025 году, какие сложности или достижения можно выделить?
– Отечественные машиностроители создали качественную технику и сделали ее современной, удобной для работы. В этом их большая заслуга.
Это конечно плюс, а минус в том, что она увеличилась в цене, стала недоступной.
Техника хорошая, нужная, люди ее ждут. Но вместо того, чтобы работать на полях, трактора и комбайны стоят на заводских площадках.
Это недопустимо!
Чтобы помочь решению проблемы, наша ассоциация АККОР обратилась в Правительство с предложением помочь заводам сельхозмашиностроения в реализации техники, при условии, что они готовы снизить цены на уже произведенную продукцию.
Похожая мера уже предпринималась в 2011 году, когда В.В.Путин поддержал предложение фермеров по реализации техники с 50%-тной скидкой. Столь нужные крестьянам машины пошли в хозяйства, заводы вернулись к нормальному ритму работы.
– Какие ключевые уроки 2025 года можно использовать для повышения эффективности аграрного сектора?
– Первый и главный урок – без доходности аграриев трудно ожидать поступательного развития, устойчивого роста производства. Во-вторых, негативная тенденция – уменьшение посевных площадей. Третье – сокращается поголовье крупного рогатого скота, овец. Четвертое – недоступность даже скромных мер господдержки. Пятое – низкая техническая вооруженность.
Все эти проблемы еще больше обострились в 2025 году.
Сегодня мы видим, что в общей структуре производства малые формы хозяйствования производят значительную часть продукции, доля фермеров возрастает.
Поэтому нужно чтобы рос и уровень государственной поддержки малых форм, которые демонстрируют устойчивый рост.
Это очень важно и для развития отечественного сельскохозяйственного производства и для развития наших сельских территорий.
Материал предоставлен Ассоциацией крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР)
В этом году агропромышленный комплекс России оказался в новой реальности, когда высокая ключевая ставка и низкая доходность аграриев негативно влияют на рынок сельскохозяйственной техники. Кроме того, были пересмотрены условия программ господдержки производителей и аграриев, а финансирование ряда механизмов – сокращено. Как этот комплекс негативных факторов повлиял на отрасль, рассказал участникам форума президент Ассоциации «Росспецмаш» Константин Бабкин.
Он напомнил, что в России за последние 20 лет отрасль сельхозмашиностроения переживала свои взлеты и падения: после кризиса 1990-х годов был рост в начале 2000-х годов, затем, в 2008 году, случился очередной кризис отрасли, когда доля российской техники на рынке составляла порядка 24%, с 2012-2013 годов и до 2017 года – рост, потом – снова кризис, вызванный падением цен на зерно.
– Падение в 2022 году, связанное, понятно, с санкциями, со сменой поставщиков резкой, с отказом поставлять компоненты. С этим делом мы справились в 2022 году успешно. Вышли из этого кризиса в 2023-м. Но сейчас мы с вами находимся в ситуации, я бы сказал, неопределенности, может быть, даже спада. Мы показываем, что во время, когда отрасль росла и была ее рентабельность достаточно на хорошем уровне, представлялись каждый год новые модели, заводы. Практически каждое предприятие строило новые цеха, инвестировало в закупку оборудования. Общие инвестиции отрасли составляли за 2019-2024 год 38 миллиардов рублей. То есть огромную сумму мы с вами проинвестировали, – рассказывает Константин Бабкин. – Активно работали, шла компьютеризация производств и компьютеризация техники. И сегодня достаточно хорошо представлены электронные системы, которые помогают аграриям повышать производительность и комфорт труда.
Источник фото: пресс-служба РАФ
В 2022 году сельхозмашиностроители столкнулись с тем, что поставлять западные компоненты стало практически невозможно. Была проделала большая работа по импортозамещению, локализации производства и выход на дружественные рынки Востока.
– В основном компоненты стали производить не в России, а в других странах. Они раньше зависели от Запада, попали в зависимость от наших коллег с Востока. Почему так произошло? – задается вопросом президент Ассоциации «Россспецмаш».
Ответ на него прост, считает Константин Бабкин, – производить детали в России дороже примерно на 50%, чем завозить аналогичные из-за рубежа. Но заводы вынуждены проводить локализацию. По условиям постановления №719 без локализации не будет субсидий и других мер поддержки. За счет чего увеличиваются расходы?
– Мы сравнили условия, в которых мы работаем в России, и те условия, которые имеют коллеги наши в Китае и в Канаде. Налоги с зарплаты в России вроде понизили, какие-то налоги понизили, но в России с невысоких зарплат 43% налог. В Китае налог с зарплат до 67 тысяч рублей ноль процентов. Это достаточно рабочий уровень для России. В Канаде ноль налог на зарплату до 120 тысяч рублей. НДС в России самый высокий из этих стран. Налог на недвижимость выше, чем в России. Процентная ставка по кредиту в несколько раз выше в России, чем в других странах. Даже металл. Вроде считается, что Россия производит большое количество металла. Бюро РСПП, основа бизнеса российского, обеспечивает страну металлом и экспортирует его в огромных количествах. Но ситуация выглядит так, что этот металл достается нам с вами значительно дороже, чем нашим коллегам и на Востоке, и на Западе, – рассказывает Константин Бабкин. – Подчеркну, что зачастую речь идет об одном и том же металле российского производства. Он поставляется в Роттердам, в Англию, в Германию, и там продается дешевле, чем продается в Ростове-на-Дону. Электричество в России тоже дороже, чем в других странах. И, соответственно, оказывается, что мы с вами… Какой смысл инвестировать в производство компонентов, коробок передач, если вы в тех условиях находитесь, что это заведомо бессмысленная деятельность?
Источник фото: пресс-служба РАФ
Защита рынка выглядит достаточно смешно
Президент Ассоциации «Росспецмаш» подчеркивает, что раньше эти неравные условия сглаживались за счет государственной поддержки. Сейчас все сложнее.
– Мы находимся в той ситуации, что мы не знаем, как будет профинансирована программа 1432 на ближайшие годы. Сейчас она не финансируется на данный момент. Не знаем, что будет в будущем, и не знаем, как деньги, если они появятся, будут распределяться, – говорит Константин Бабкин.
И добавляет, что эта мера поддержки была одной из самых действующих, настоящим драйвером стремительного развития отрасли. Благодаря ей в России построены новые цеха, освоены новые линейки техники, а аграрии получили на вооружение достойные сельхозмашины.
Да и в целом, по мнению президента Ассоциации «Росспецимаш», «сегодня защита рынка выглядит достаточно смешно». Утильсбор сегодня составляет 4%, льготные кредиты аграриям предоставляются примерно на одних и тех же условиях на покупку, что отечественной, что импортной техники. В экспортных поставках техники Россия проигрывает из-за неконкурентоспособной ключевой ставки.
– Есть две субсидии рабочих. Это субсидирование расходов на транспортировку продукции до границ. Эта мера работает достаточно хорошо в отношении сельхозтехники. Впрочем, она субсидируется и на вывоз сырья тоже. Есть постановление субсидирования на гарантию обратного выкупа техники. Она работает так, я бы сравнил ее с постановлением 1432. То есть возвращается часть стоимости техники поставщику с тем, чтобы он взял на себя дополнительные обязательства. При этом поставлял технику на более льготных условиях. Всего лишь 18% нашего экспорта поставляется с помощью этой субсидии. 82% техники идет без поддержки экспорта. Мы с вами знаем, как торгуют иностранцы, и немцы, и американцы, и китайцы, – отмечает Константин Бабкин.
Он подчеркивает, что сельхозмашиностроители ждут от государства полного финансирования постановления 1432.
– 20 миллиардов государство должно выделять для того, чтобы развивалась наша отрасль. Это не такая большая сумма для государства. Гранты на компоненты. Сегодня, если государство говорит – локализуйтесь, углубляйте локализацию, это значит тем, кто инвестирует в производство компонентов, надо выделять похожую субсидию. Это значит, что миллиардов 10 надо тратить на это, – резюмирует президент Ассоциации «Росспецмаш».
Источник фото: пресс-служба РАФ
Кроме того, по мнению Ассоциации, должна быть поддержка экспорта, утильсбор должен составлять хотя бы 15%, а налоги должны быть снижены в разы.
– И возвращусь к этой большой теме. В целом мы с вами не должны быть безмолвными такими страдальцами и смиряться с тем, что в России хуже, чем в других странах. Почему хуже? Почему? В России много руды, много энергии. У нас огромная атомная энергетика. Почему у нас должно быть электричество дороже, чем в других странах, и металл? Вообще непонятно. И это надо говорить каждый раз и требовать, предлагать, изменить эту ситуацию. Она совершенно ненормальная. Вот такой вот взгляд, – подытожил свое выступление Константин Бабкин.
Стоит отметить, что президент Ассоциации «Росспецмаш» в своем докладе отметил и позитивные тенденции: только за период с 2019 года сумма инвестиций в производство в отрасли составила более 38 млрд рублей. Например, одна только компания Ростсельмаш инвестировала 18 млрд рублей. При этом успехи отрасли транслируются и в другие сферы, например, в сферу образования, на которую в условиях нехватки кадров предприятиям необходимо уделять особое внимание, а также в развитие тех населенных пунктов, где находятся производственные площадки сельхозмашиностроителей.
Без техники не может быть развития
Между тем, академик Петр Чекмарев пообещал сельхозмашиностроителям, что совсем скоро руководители страны будут спрашивать у них, чем помочь, чтобы развивать отрасль, – какие налоги снизить, какую дополнительную поддержку ввести.
– Сегодня стоит вопрос номер один – оснащение техникой. Про комбайны два слова, сегодня примерно на один комбайн получается уборочная площадь 500 гектаров. Нужно хотя бы 300 гектаров на один современный комбайн, не более. Тогда мы вовремя сможем убирать, вовремя сможем все это собрать и положить. Вопрос – куда положить? На сегодняшний день элеваторов и хранилищ на тот объем, который мы говорим 150 миллионов тонн хотя бы собирать, у нас такого объема хранения сегодня нет. Даже если все рукава собрать под современные технологии хранения в рукавах, и то мы это дело не сможем сделать. Мы видели в прошлый, позапрошлый год, когда были высокие урожаи рекордные, зерно долгое-долгое время лежало под открытым небом. Ничего не могли сделать. Там же в сельском хозяйстве не дураки работают, там люди очень умные, расторопные, – обратился к собравшимся Петр Чекмарев. – Сегодня пришло время сельхозмашиностроителей. Пришло, коллеги, ваше время. Нам нужно сегодня увеличить производство сельхозмашин примерно так, навскидку, в три-пять раз. Вот такая задача. Если мы эту задачу не решим, если мы не вооружим сельхозпроизводителя, то мы ничего не сделаем, никакого увеличения не будет сельхозпродукции.
Источник фото: пресс-служба РАФ
При этом Петр Чекмарев подчеркивает, что агромашины, которые работают в полях, должны отвечать всем требованиям сельхозтоваропроизводителей, работать в разных климатических условиях, на разных почвах, соответствовать технологиям выращивания сельхозкультур.
Предложения президента Ассоциации «Росспецмаш» к государству нашли поддержку у участников Российского агротехнического форума. Однако они отметили, что и их недостаточно. Так, исполнительный директор компании «Строймашсервис», акционер компании «Елецгидроагрегат» Антон Ситников отметил, что необходимо развитие малых городов, потому что часто заводы находятся именно в небольших городах, а из-за низкого качества жизни люди оттуда уезжают и, как следствие, отрасль сталкивается с кадровым голодом. Кроме того, государство должно стимулировать металлургические компании производить необходимые для сельхозмашиностроения виды сырья и материалов.
Мнение Минпромторга
Валентин Цупрун, начальник управления сельскохозяйственного, пищевого и строительно-дорожного машиностроения Министерства промышленности и торговли Российской Федерации, согласился, что текущий год для отрасли сельскохозяйственного машиностроения выдался непростым. Платежеспособный спрос аграриев на технику снизился: по самоходной технике – на 20%, по прицепной технике и опрыскивателям – на 30%. Но при этом он настаивает, что в отрасли «действуют хорошо развитые механизмы господдержки».
– По финансированию 1432 тут неоднократно звучало. У нас в проект бюджета на следующий год заложены традиционные 8 млрд рублей на 1432. То есть программа пока никуда не девается. Понятно, что это недостаточно, но это такой объем по умолчанию, так называемый. При этом мы прорабатываем сейчас между первым и вторым чтением возможности дополнить. Но пока анонсов я делать не буду, потому что это рабочий процесс, и пока еще ничего не решено. При этом механизм сохраняется, это мы можем сказать однозначно. И механизм будет дорабатываться. Есть понимание. Два вопроса звучало к программе 1432. То, как проходит отбор и как распределяются средства субсидии. Второй вопрос по сегментам техники, по мнению некоторых производителей, в части отраслевого сообщества есть некорректное распределение в пользу самоходной техники. Но это все дискуссионные вопросы. В любом случае мы это все обсуждаем, – сообщил Валентин Цупрун.
Источник фото: пресс-служба РАФ
При этом он подчеркнул, что Минпромторг открыт к предложениям по новым механизмам поддержки. Но их обсуждение, как например, индексация утилизационного сбора, не должно проходить на открытых площадках.
– Как показывала практика, когда мы упражнялись таким образом по строительной дорожной технике, на наших дискуссиях по индексации утилизационного сбора заводилось очень много импорта, который обрушивал и российское производство, и рынок из-за этого существенным образом искажался, – пояснил свою позицию начальник управления сельскохозяйственного, пищевого и строительно-дорожного машиностроения Минпромторга.
Между тем
На Российском Агротехническом форуме участники обсудили и другие проблемы, такие как насыщение отрасли кадрами, профориентация школьников, долгосрочные стратегии развития, механизмы защиты рынка и другие. РАФ, который прошел при поддержке Союза Машиностроителей России, собрал более 400 человек.
